• Вы не зашли.

#126 2013-10-26 11:26:50

Павел Андреевич
Moderator
Зарегистрирован: 2007-04-08
Сообщений: 4207
Профиль

Re: Проблемы российской науки

типичная гебистская обманка: наобещать и обмануть публично, сделав вид, что вас здесь не стояло

Неактивен

 

#127 2013-10-30 09:42:51

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Преподавателей Смоленской медакадемии заставляли на выборах голосовать за ректора
Сотрудники Смоленской государственной медицинской академии направили на имя Министра здравоохранения РФ Вероники Игоревны Скворцовой, губернатора области Алексея Владимировича Островского и президента Национальной медицинской палаты Леонида Михайловича Рошаля открытое письмо. В нем сообщается, что, баллотируясь в депутаты областной Думы (выборы которых проходили 8 сентября), ректор академии Игорь Отвагин вынуждал подчиненных брать открепительные талоны по месту жительства и голосовать за него по месту работы. По мнению авторов письма,  на кадровый состав академии было оказано административное давление, что является нарушением их конституционных прав.

Эту информацию подтвердил доктор медицинских наук, декан факультета повышения квалификации и профессиональной переподготовки специалистов Андрей Рачин: «Действительно, в конце августа 2013 года прошли ректорские совещания с участием  заведующих кафедрами Смоленской государственной медицинской академии, где им предложили (надо сказать, в корректной форме) провести  заседания в трудовых коллективах и попросить сотрудников академии получить открепительные удостоверения в своих избирательных участках и «выразить свое выборное право по месту нахождения государственной медицинской академии».

По словам Рачина, открытое письмо  подписали 16 профессоров и руководителей отделений, в том числе сам Андрей Петрович, также заместитель директора института антимикробной терапии (единственного института такого рода), четыре ныне действующих заведующих кафедрой, бывший председатель профсоюзного комитета, которая работала в этой должности с 200 по 2012 годы, несколько действующих профессоров и преподаватели, которые либо ушли по собственному желанию, либо были смещены с должностей с формулировкой: «Не избран на должность ученым советом».

Как пояснил Рачин, причина такого принуждения была в том, что голосование в Смоленскую областную Думу проходило по смешанной системе. Кандидаты проходили по партийному списку и по одномандатным округам.  Ректор избирался по партийному списку на участке, где располагается государственная медицинская академия, и постарался привлечь на участок как можно больше избирателей. При этом голосование по месту работы лишало сотрудников академии возможности голосовать  за тех одномандатных кандидатов, которые будут обслуживать район проживания избирателей. «Приходилось голосовать за тех кандидатов, которые к конкретным избирателям никакого отношения не имеют», — сказал Рачин

В свою очередь сам Отвагин утверждает, что никогда не заставлял подчиненных голосовать по месту работы. По словам ректора, все заседания стенографировались, так что есть возможность документально доказать отсутствие фактов  принуждения.

Тем не менее, большая часть сотрудников вуза голосовала по месту работы, где баллотировался Отвагин. Факт принуждения подтверждает и заявление, поступившее в канун дня голосования, 6 сентября, в Смоленский областной комитет КПРФ, где также говорилось о том, что Отвагин в ультимативной форме заставлял коллективы кафедр получать открепительные заявления и голосовать по месту работы.

Кроме того, сообщил Рачин, в письме указано, что за пять лет работы Отвагина ректором в коллективе сложилась унизительная атмосфера давления на преподавательский состав. Утрачены такие понятия, как уважительное отношение к профессору, попраны традиции академии, царит унизительная атмосфера страха. Профессора боятся напрямую высказать руководителю свою точку зрения по кадровому потенциалу, по финансовому обеспечению. Если мнение преподавателя не соответствует мнению руководителя, то предпринимаются различные административные манёвры, чтобы человек либо сам ушел с занимаемой должности, либо не мог нормально работать.

При нынешнем ректоре из академии были уволены известные ученые. Среди них: заведующий кафедрой хирургической стоматологии профессор Александр Забелин, профессор кафедры ортопедической стоматологии Николай Аболмасов, профессор Людмила Козлова, избранная 26 сентября сенатором от Смоленской области.

Сам Игорь Отвагин заявил, что письмо сотрудников академии с претензиями в свой адрес он связывает с начавшейся предвыборной кампанией на пост ректора ВУЗа. В частности, он пояснил, что сам Андрей Рачин тоже  претендует на эту должность. Причем, если Рачина выдвинули 3 кафедры, то за самого Отвагина выступили 25 кафедр академии.

Комментируя это заявления, Рачин отметил, что, действительно, в настоящий момент проходит подача заявлений на должность ректора академии. Кафедры готовы поддержать других кандидатов, однако, по словам Рачина, действующий руководитель использует свой административный ресурс, и люди боятся вмешательства в свою работу. К тому же утверждение кандидатур проводится открытым голосованием на заседании ученого совета. «Возникает, вопрос, могут ли члены ученого совета в атмосфере страха проголосовать открыто?», — задает вопрос Рачин.

Своим открытым письмом, заключил Андрей Петрович, сотрудники академии надеются донести до государственных органов озабоченность судьбой учебного учреждения, в котором должен быть благоприятный климат, и сплоченный кадровый потенциал. По мнению авторов письма, это во многом зависит от исхода выборов ректора, так как он определит развитие академии на следующие пять лет.
http://ria-ami.ru/news/126311

Неактивен

 

#128 2013-11-15 13:15:32

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Черная осень 13 года
       Катастрофа в науке и образовании осенью 2013 года приобретает чрезвычайный размах, сравнимый по масштабу с имевшим место в период 1990-1993 годов. В научно-преподавательском сообществе вокруг сплошные увольнения и снижения зарплат, задержки финансирования, невыплаты по грантам, слухи, парализующие работу учебных заведений и лабораторий. В МГУ. В медицинских институтах. В бауманке. В институте биологии развития. Повсюду в университетах и научных институтах РАН России. Жертвами преступной политики, становится все больше людей. Хороших людей. Образованных людей. Добрых людей. Честных людей. Уникальных людей.

       На днях я зашел на Биофак МГУ и понял, что впервые за 20 лет моих визитов в Университет, идя по коридору, я слышу из-за дверей настоящий женский плач, грустные разговоры, всхлипы. Мужчины просто пьют и молчат. Я слышу это из-за многих дверей. Здесь. Там. Слева. Справа. За углом. Позади. В коридорах МГУ. По всей стране. 

       Я перечислю тех, кого лично знаю:

       ...Девушка, закончила биофак 3-4 года назад, поступила в аспирантуру, преподает студентам, убирает за ними, готовит для них программу лабораторных. Когда выяснилось, что надо выбирать: либо делать свою аспирантскую работу, либо заниматься со студентами, она решила, что диссертация подождет, а студенты нет - продолжила преподавать, устроилась на ставку. Поскольку деньги это никакие, то её дополнительно устроили на полставки. Поскольку это все равно очень маленькие деньги для Москвы, то она стала подрабатывать вечерами и по субботам еще на полставки в медицинском институте. Итого 6 дней в неделю с утра до вечера в двух разных местах она зарабатывала 25 000 в месяц. Сегодня я узнал, что в МГУ ей сократили полставки. В меде зарплату уменьшили на 75%. Чтобы она не ушла из меда, там преподаватели из своих личных денег решили ей платить. Теперь осталось 15 000 руб в месяц. Плачет. Теперь денег не хватит. Наверное уйдет. А в университете не будет хорошего преподавателя.

       ...Её подруга, иногородняя, третий год аспирантуры кончился, до защиты еще год - реформируют ВАК - а плата за общежитие возросла до 10 000 руб., а стипендия в 2 000 руб. уже не положена, в лабораторию взяли на полставки, чтобы помочь – 5 000 руб. в месяц. Ей все равно приходилось подрабатывать чисткой аквариумов и уходом за рыбами в офисах. Теперь уволили. Эта не плачет, а просто смотрит в окно и молчит. Займет денег у родителей, защитится и уедет в Филадельфию. Будет подымать американскую науку.

       ...Еще одна аспирантка, защитилась, не может найти работу, всюду ставки "заморожены", а ВАК выдает корочку о защите 10 месяцев, все это время человек подвешен. И не кандидат наук еще. А вроде уже и кандидат. Ставок нет. А даже если бы и были - 10 000 руб в месяц. Дорога на работу в месяц 2000 руб. Обед на работе - 3000 руб. Квартплата 4000 руб. Уйдет работать в клинику. В науке еще одним кандидатом наук меньше.

       ...Четвертая девушка, замужем, муж еще студент, чтобы были деньги, она занимается репетиторством, у нее 10 учеников в неделю по всей Москве, каждый вечер, 7 дней в неделю. Не хватает денег. Она еще работает в двух местах на полставки в светлое время суток. Получается 40 000 рублей на двоих. Для Москвы еле-еле хватает. Все это ради того, чтобы не уходить из науки. На написание диссертации и науку сил едва хватает. Без этих ставок она уйдет из науки. В офис, с университетским образованием.

       ...Молодой здоровый мужчина, 39 лет, талантливый преподаватель, водолаз, спортсмен, работал в МГУ 10 лет, возил студентов на практику летом, когда все остальные ездили отдыхать на Кипр, вечерами вел семинары у первокуров, работал на электронном микроскопе, очень хорошо работал, делал профессиональные снимки. 12 000 руб в месяц. Как мог, подрабатывал: сутки через трое дежурил в МЧС на спасательной станции "Текстильщики", доставал трупы со дна. Когда Шойгу стал наводить дисциплину, уволили - не мог выходить на внеочередные дежурства, мешали занятия со студентами. Потом лазил по деревьям, пилил сучья, чистил крыши, перепилил себе руку, выздоровел, сломал ногу в двух местах, выздоровел, упал с крыши, повредил позвоночник, выздоровел. Терпение кончилось. Ушел в бизнес. Обидился на МГУ. Сейчас вижу его в баре на "Тверской" в перерывах между заказами, говорит, что так и надо всей РАН и МГУ – озлобился, не разбирает, где чиновники с ректорами, а где наука с порядочными людьми. Сейчас у него в Торонто выставка фотографий. Там же его приглашают на работу. В Москве целая контора с большим доходом. Он создал фирму, где подрабатывают десятки молодых ученых из МГУ. Рискуют жизнью на верхотуре, чтобы оставаться в науке. А он мог бы создать институт. Вот снова в науке не досчитались талантливого доктора наук, возможно директора института или даже член-корреспонде́нт.

        ...Пожилой преподаватель, заслуженный ученый, широко известный в кругу генетиков человек, чьим именем назван открытый им новый вид дрозофилы. Этот ученый преподавал всю жизнь, возил студентов на практику, когда другие люди уходили в отпуск, ученый, который пожертвовал научной карьерой ради образования студентов и аспирантов. Даже такого ученого уволили из МГУ "за отсутствие научных статьей". Одним ученым меньше. И многими его учениками. 

        …Директор института общей и неорганической химии в Москве собрал коллектив института и объявил, что им запретили субаренду, но денег вместо этого не выделили, и после того как все субарендаторы ушли, стало нечем платить за электричество и отопление, сказал, готовиться к худшему. Будут закрывать. Еще одним институтом меньше.

        Я могу описать не меньше сотни разных судеб людей, молодых и старых, которые на моих глазах окончили МГУ, МФТИ, МИФИ и ушли из науки, ушли вникуда, в ширпотреб офиса или за границу. Десятки состоявшихся ученых, которых выбросили на помойку.

       Это хуже, чем черная осень 1993 года, тогда барелль нефти стоил $8, тогда не платили денег, но просили остаться, давали подработать, старались сохранить, уважали. Это черная осень 2013 года, теперь нефть - $120, но эти деньги идут охранникам, силовикам, чиновникам, кадровикам - которые теперь не только денег не платят, но и работать не дают, и ноги вытирают, и в душу лезут.

       За последние 100 лет такое происходило еще 3 раза: в царской России, в кайзеровской Германии и в Гитлеровском Рейхе. Все эти уволенные преподаватели, ученые, аспиранты, студенты смотрят на нас из книг Ремарка, из “Жизни Клима Самгина” Горького и со странниц многих других произведений. А еще это было в “Трудно быть богом”. Все эти разы это кончалось фатально. И для страны. И для народа. И для кайзера. Неужели очередной раз подходит?

       Я пока не знаю, чем помочь всем этим уволенным людям. Но я думаю об этом. И, поверьте, еще много-много молодых людей и девушек по всей России ценят то, что они делали, и так же сейчас думают, как им помочь. Они придумают. Они постараются. Они справятся, нет, не завтра, но скоро. Наши преподаватели хорошо нас учили. Знаете, одни нобелевский лауреат писал, как было тяжело во Франции во времена нацистской оккупации. Тогда было гораздо хуже, но они тогда тоже думали-думали – и справились. И победили. У нас будет не хуже. Потому что за нами Правда.
http://www.echo.msk.ru/blog/hruk/1198486-echo/

Неактивен

 

#129 2013-12-11 15:59:04

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Медведев подписал постановление "О порядке присвоения ученых званий" доцента и профессора
В соответствии с постановлением, ученые звания отныне присваиваются только по научным специальностям

МОСКВА, 11 декабря. /ИТАР-ТАСС/. Премьер-министр РФ Дмитрий Медведев подписал постановление "О порядке присвоения ученых званий" доцента и профессора. Об этом сообщила пресс-служба правительства. Текст постановления и подробная справка к нему размещены на официальном сайте кабинета министров.

В соответствии с постановлением, ученые звания отныне присваиваются только по научным специальностям. Рассмотрение аттестационных дел соискателей ученых званий осуществляется Минобрнауки России без участия Высшей аттестационной комиссии, аттестационное дело может быть направлено на экспертизу в организацию высшего образования, не имеющую отношения к представившей соискателя к присвоению ученого звания.

Процедура апелляции в отношении решения о присвоении ученого звания упраздняется, в случае отказа в присвоении ученого звания повторное представление соискателя может быть осуществлено не ранее чем через год со дня принятия решения об отказе.

Неактивен

 

#130 2013-12-13 11:40:19

Павел Андреевич
Moderator
Зарегистрирован: 2007-04-08
Сообщений: 4207
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Надо смотреть - что там написано. Так не очень понятно.

Неактивен

 

#131 2014-02-03 09:20:33

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Члены-корреспонденты РАМН не попали в список членов объединенной РАН

Директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева Лео Бокерия заявил, что его сотрудники, обладающие званием членов-корреспондентов РАМН, не были учтены при составлении списка академиков и членов-корреспондентов объединенной РАН, передает РИА Новости.

«В списочный состав новой РАН попали все академики (из трех объединяемых академий) и члены-корреспонденты РАН, а членов-корреспондентов РАМН там нет. Я не обнаружил своих сотрудников (в списке), сотрудников, которые являются очень заслуженными людьми, членами-корреспондентами РАМН <…> Кто они теперь? Они будут писать, что они члены-корреспонденты несуществующей академии», - сказал Бокерия.

В пресс-службе РАН агентству подтвердили, что закон о реформе госакадемий не предполагает включения членов-корреспондентов РАМН и РАСХН в число членов новой академии. Эта проблема обсуждалась еще в сентябре.

«Действительные члены всех трех академий, а также члены-корреспонденты РАН становятся членами новой академии, но это не относится к членам-корреспондентам РАМН и РАСХН», — сказала представитель пресс-службы РАН.

Согласно статье 18 закона о реформе РАН, члены-корреспонденты РАМН и РАСХН наделяются статусом членов-корреспондентов обновленной РАН «в порядке, установленном уставом Российской академии наук». Действующий устав РАН не предполагает автоматического превращения член-корров РАМН и РАСХН в членов большой академии.

Напомним, в начале января премьер-министр Дмитрий Медведев утвердил перечень из 1007 организаций, которые будут переданы в ведение Федерального агентства научных организаций (ФАНО).  В состав агентства войдут госучреждения и унитарные предприятия, которые ранее находились в ведении Российской академии наук (РАН), Российской академии медицинских наук (РАМН) и Российской академии сельскохозяйственных наук (Россельхозакадемии).
В чем заключается реформа РАН?

В конце сентября президент РФ Владимир Путин подписал закон «О Российской академии наук, реорганизации государственных академий наук и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также указ о ФАНО, или «О Федеральном агентстве научных организаций».

Документ подразумевает объединение академии с академиями медицинских и сельскохозяйственных наук. При этом все подведомственные им институты и имущество должны перейти в ведение ФАНО. Закон вызвал резкую критику и протесты со стороны научного сообщества.

www.aif.ru

Неактивен

 

#132 2014-02-06 19:36:04

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Отечественная медицина больна неэффективностью
Россия оказалась лидером профнепригодности врачей в глазах населения

Среди развитых и некоторых развивающихся государств Россия оказалась лидером по профнепригодности врачей в глазах населения. Об этом свидетельствуют сравнительные социологические исследования, представленные Левада-Центром. Официальный оппонент нынешнего правительства Алексей Кудрин тоже считает отечественную медицину ключевой проблемой страны – вероятно, второй по значимости после правоохранительной сферы. Вчера кудринский Комитет гражданских инициатив (КГИ) представил экспертный доклад об охране здоровья населения. Согласно докладу, для преодоления кризиса здравоохранения РФ надо увеличить госрасходы на него как минимум до 7% ВВП с нынешних 3,7%.

После не слишком удачных попыток предложить власти свою версию реформы правоохранительных органов экс-министр финансов Алексей Кудрин занялся второй проблемной сферой России – здравоохранением. КГИ представил экспертный доклад об охране здоровья населения РФ, в котором прописаны рецепты оздоровления медицинской отрасли. Главный рецепт – увеличение госрасходов на здравоохранение.

«Наше здравоохранение пока остается малоэффективным. Хотя за последние годы были достигнуты определенные успехи. Со стороны финансов могу сказать, что если считать в долларовом выражении, то финансирование с 2000 по 2012 год увеличилось в три раза», – сообщил вчера Кудрин.

Слова Кудрина подтверждаются данными Всемирной организации здравоохранения. Если в 2000 году госрасходы на медицину в РФ составляли 221 долл., то к 2009 году они достигли 661 долл. по паритету покупательной способности на душу населения. Однако при сопоставлении с размером ВВП, который тоже увеличивался, выясняется, что на самом деле расходы государства на здравоохранение в России как минимум не росли, а в некоторые годы сокращались.

И такого финансирования явно недостаточно для повышения качества и доступности медуслуг, от которых напрямую зависят уровень смертности, заболеваемости, рождаемости, а также продолжительность жизни в стране. У врачей должны быть все условия, чтобы суметь вовремя диагностировать и вылечить болезнь. А у населения должны быть все возможности, чтобы получить от врача качественную бесплатную медицинскую помощь.

Как отмечается в экспертном докладе, общий коэффициент смертности в России сейчас почти на 30% выше, чем в Европе. В РФ этот коэффициент составляет около 14 на 1 тыс. человек против примерно 10 в Европе. Ожидаемая продолжительность жизни в России на 10 лет ниже, чем в Европе – 70 лет против 80.

Авторы доклада приводят данные за 2011 год – расходы государства на здравоохранение составили 3,7% ВВП. «Это в 1,6 раза ниже, чем в среднем в «новых» странах Евросоюза (Венгрии, Чехии, Польше и Словакии), имеющих ВВП на душу населения, близкий к РФ», – говорится в докладе. Также можно добавить, что в ряде стран с бюджетной системой финансирования здравоохранения расходы на отрасль достигают почти 10–11% ВВП. Речь идет, например, об Италии, Великобритании, Швеции, Канаде, Кубе.

Согласно докладу, госрасходы на здравоохранение должны составлять в России около 7% ВВП ежегодно. И чтобы деньги тратились действительно на то, на что они выделяются, необходим общественный контроль за распределением финансовых потоков.

О проблемах в отечественном здравоохранении россияне знают не понаслышке. Ранее Левада-Центр представил неутешительные результаты международных социологических исследований, проведенных почти в 50 странах. Анализ охватил как развитые страны, так и некоторые развивающиеся.

В списке проанализированных государств Россия оказалась страной с самыми профнепригодными врачами – по мнению населения. Почти 60% опрошенных социологами россиян уверены, что «профессиональный уровень большинства врачей ниже, чем требуется». В других странах так думало заметно меньше опрошенных граждан.

«Врачи больше заботятся о своих доходах, чем о пациенте», – считают почти 60% опрошенных россиян. По этому критерию Россия уже не худшая в списке. Ее опередили Болгария, Польша и Корея, где более 60% опрошенных говорят о корыстных мотивах врачей.

Наконец, лишь 47% опрошенных россиян считают, что «в целом врачам можно доверять». Тогда как подавляющее большинство граждан в разных странах, наоборот, доверяют своим докторам.

Эксперты «НГ» при этом замечают, что на самом деле проблемы в социальной сфере в России куда масштабнее. «Если бы такой же опрос был проведен в отношении других профессиональных групп, от которых зависит жизнь граждан (полицейских, муниципальных служащих, школьных учителей), то, уверен, мы получили бы примерно такую же картину, – говорит аналитик группы «Развитие» Сергей Шандыбин. – Проблема не ограничивается только медициной. После 1991 года практически все профессии, которые в других странах ассоциируются со средним классом, в России понесли социальные потери и в смысле статуса, и в смысле доходов».

Если во многих других странах профессия врача гарантирует достойный уровень жизни, то в России – особенно в регионах – большинство врачей едва сводят концы с концами. И в таких условиях можно утверждать, что сегодняшнее качество медицины в стране даже лучше, чем могло бы быть при столь низких зарплатах. «Нам повезло, что с 1991 года успело смениться пока только одно поколение и качество медицинского корпуса еще не упало до уровня, адекватного нищенской зарплате. Дальше будет хуже», – уверен эксперт.

Со стороны врачей, заметим, иногда звучат противоположные оценки качества российской медицины. Как передает Интерфакс, главный детский онколог Минздрава РФ Владимир Поляков вчера сообщил, что стремление благотворительных фондов отправить тяжелобольных детей на лечение за рубеж дискредитирует российскую медицину, «которая находится на очень высоком уровне». Хотя, конечно, Поляков затем признал, что в стране не хватает врачей – в частности, педиатров, которые умели бы диагностировать онкологические заболевания.

В самом Минздраве комментировать результаты опросов населения и выводы экспертов вчера не стали.
http://www.ng.ru/economics/2014-02-04/4_doctors.html

Неактивен

 

#133 2014-02-10 18:45:49

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Неактивен

 

#134 2014-02-11 20:27:45

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Система оценки ОТЗ: мифы и реальность
Актуальные вопросы внедрения оценки технологий здравоохранения в Российской Федерации обсуждались вчера на заседании Экспертного совета при Федеральной антимонопольной службе (ФАС России) по развитию конкуренции в социальной сфере и здравоохранении.

О необходимости ведения в России системы оценки медицинских технологий эксперты говорят давно. Подобная система есть в большинстве зарубежных стран, и она принципиально смещает приоритеты: с экономии расходов на оказание медицинской помощи на внедрение наиболее эффективных способов распределения ресурсов. Таким образом, оценка технологий здравоохранения (англ. HTA – health technology assessment) – это клинико-экономический анализ эффективности и безопасности новых лекарств или медицинских изделий, позволяющий, в конечном счете, решить, какие именно медуслуги и каким образом должна оказывать населению система здравоохранения. Разумеется, это должно быть эффективно с точки зрения здоровья и выгодно с точки зрения государства. Но если за рубежом система НТА функционирует более-менее успешно, то в России пока идут дискуссии, что нужно для того, чтобы подобная система заработала и у нас.
Британская система

Прежде чем перейти к дискуссии, участникам заседания предложили послушать, как организовано здравоохранение в Великобритании – стране, которая автоматически ассоциируется с бесплатной медициной. О деталях аудитории рассказала Елизавета Осипенко, представитель NICE (National Institute for Health and Clinical Exellence) – организации, осуществляющей методологию в области ОТЗ, подготовку клинических руководств, стандартов и индикаторов качества медицинской помощи в Национальной службе здравоохранения Великобритании.

Британская система здравоохранения действительно не требует страховых взносов и финансируется налогоплательщиками. Собственно, NICE помогает данной структуре существовать и работать. Шкала налогообложения зависит от уровня зарплаты. Например, при доходе в 150 тысяч фунтов налогообложение составляет 50%, при доходе в 60 тысяч фунтов – 30%. Правда, в последнее время появились некоторые изменения. Так, дантисты стали требовать определенные страховые взносы, и любой рецепт стоит около 7,5 фунта независимо от препарата и его количества. При этом по-прежнему любые рецепты бесплатны для детей, пожилых, инвалидов и беременных.

Елизавета Осипенко рассказала, что в Британии также есть и частная система здравоохранения. Ею пользуется лишь 15% населения, – как правило, это сотрудники глобальных корпораций. Тем не менее, она позволяет избежать очередей на определенные процедуры, операции. В основном же частная система здравоохранения предоставляет лечение зарубежным туристам, – арабским шейхам и русским олигархам.

Осипенко особо отметила тот факт, что перед уходом в отставку премьер-министр Великобритании Тони Блэр заявил, что считает создание системы оценки медицинских технологий одной из своих заслуг (на эту фразу эксперта обратил внимание собравшихся заместитель председателя Формулярного комитета РАМН Павел Воробьев, заметив, что этот вопрос должен решаться на самом высоком уровне).

Для оценки медтехнологий NICE привлекает независимые академические группы, которые выбираются по тендеру и чья работа финансируется из бюджета института. «Для академиков это интересная научная работа, – прокомментировала Елизавета Осипенко, – а для института – возможность получить независимую оценку».

Процесс формирования руководящих принципов и принятия решения NICE и его комитетами осуществляется в соответствии с четырьмя принципами. Это, прежде всего, прозрачность – решения по поводу распределения средств и доводы в пользу их принятия подлежат оглашению. Во-вторых, основания для принятия решений должны быть связаны с конкретными вопросами. В-третьих, имеется возможность апелляции фармкомпаний, если те доказывают, что институт не учел каких-то нюансов. Кроме того, есть механизмы разрешения споров и система (также прозрачная), позволяющая пересматривать решения при появлении новых данных. Последний, решающий принцип, – регулирование, которое позволяет соблюдать в процессе принятия решения все три вышеназванных принципа.



Необходим критерий оценки, понятный всем

Что происходит сейчас в оценке медицинских технологий в России? По словам Павла Воробьева, как таковая, она отсутствует (она досталась в наследство от прошлого минздрава и сегодня осуществляется чиновниками за закрытыми дверями). «Огромная проблема в том, что у нас нет системы обеспечения лекарственными средствами, – сказал П. Воробьев. – Есть порочная система госзакупок, в которой система оценки технологий здравоохранения существовать не может». По мнению спикера, рынок как регулятор провалился в социальной сфере, – поэтому возникают такие организации как NICE, которые занимаются государственным регулированием рынка, но нам до этого еще довольно далеко. Конкуренция между производителями – это вопрос надзора. Сегодня на нашем рынке, по выражению Воробьева, плавает разная пена – бады, разные лекарства, которые по большей части не являются лекарствами.

Фарминдустрия не готова к введению системы ОТЗ, уверен и директор Центра социальной экономики Давид Мелик-Гусейнов. По-прежнему у нас отсутствует понятие о взаимозаменяемости лекарств на государственном уровне, как и издание, аналогичное «Orange book», о котором говорят последние пять лет. Страховые компании исключены из диалога с фарминдустрией и аморфны, научно-обоснованные нормативы отсутствуют.

Как подчеркнула Елена Максимкина, директор департамента лекарственного обеспечения и регулирования медицинских изделий Минздрава РФ, важно определить, что мы хотим оценить с помощью этой системы: процедуры, которые мы закладываем, или объем их потребления. Кроме того, следует определить, будут ли это инновационные препараты или препарат, который обращается на рынке и начинает использоваться по показаниям, по которым ранее не применялся.

Сегодня необходимо разрабатывать критерий оценки, понятный всем.

«Мы понимаем, что любой препарат оценивается по параметрам эффективности и безопасности. Поэтому определенная унификация шкалы – это тоже сложная задача. Здесь пока попробуем пойти по степени достижения эффекта, который может быть выражен количественно», – сказал спикер, призывая не забывать об экономическом аспекте любой технологии.

«Абсолютно неверно считать, что Минздрав хочет узурпировать этот вопрос, – подчеркнула Елена Максимкина, возвращаясь к вопросу создания системы ОТЗ. – Мы бы больше поддерживали независимый оценочный орган, нам бы это даже было выгодно».
http://ria-ami.ru/read/25539

Неактивен

 

#135 2014-02-11 22:20:39

Ivan
Member
Зарегистрирован: 2013-07-24
Сообщений: 124
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Абсолютно неверно считать, что Минздрав хочет узурпировать этот вопрос, – подчеркнула Елена Максимкина, возвращаясь к вопросу создания системы ОТЗ. – Мы бы больше поддерживали независимый оценочный орган, нам бы это даже было выгодно».
http://ria-ami.ru/read/25539
Пустые разговоры - в настоящее время - делай, что хочешь. Это касается технологий  с использованием лекарственных средств и изделий медицинского назначения. Вообще интересно, что обсуждали - упоминаний о технологиях в 323 законе нет. Там (в 323 ФЗ) даже это словосочетание  не упоминается. Какой надзор за этим может быть, если они и не знают, что это такое. Пытались разрешать медтехнологии в Росздравнадзоре, давать экспертную оценку методикам.... технологиям и что? Следует понимать, что это направление выведет на протоколы ведения больных и рекомендации (конечно, будут учтены имеющие зарубежные и узаконенные в Европе и США вещи), а МЗ РФ это головная боль. Лучше уж стандартами ...бить по всем недугам. И обещать написать рекомендации к августу 2014 года.
Иван Афанасьевич

Отредактированно Ivan (2014-02-11 22:21:15)

Неактивен

 

#136 2014-02-12 01:50:04

Григорий Анатольевич
Member
Зарегистрирован: 2008-09-28
Сообщений: 609
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Anna написал:

Елизавета Осипенко рассказала, что в Британии также есть и частная система здравоохранения. Ею пользуется лишь 15% населения, – как правило, это сотрудники глобальных корпораций. Тем не менее, она позволяет избежать очередей на определенные процедуры, операции. В основном же частная система здравоохранения предоставляет лечение зарубежным туристам, – арабским шейхам и русским олигархам.

Олигархи, шейхи и сотрудники глобальных корпораций составялют 15% населения? Елизавета нас за идиотов считает? Частной системой пользуются те, кто не хочет стоять в очередях и дожидаться своей очереди на операцию или процедуру. И у кого есть на это средства.


Григорий Анатольевич

Неактивен

 

#137 2014-02-13 09:27:52

Павел Андреевич
Moderator
Зарегистрирован: 2007-04-08
Сообщений: 4207
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Нет, Елизавета была корректна. Она именно так и сказала: сотрудники крупых компаний в ДМС. Ну и всякие шейхи тоже, В том числе - российскии.

Неактивен

 

#138 2014-02-14 16:07:03

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Министр Вероника Скворцова провела заседание Научного совета

     Министр подчеркнула необходимость повышения результативности федеральной сети учреждений биомедицинской науки и создания условий для более оперативного внедрения инновационных технологий в практику. Выявить наиболее эффективные учреждения поможет оценка результативности их деятельности. На основе этой оценки будет проведена оптимизация сети учреждений, подведомственных Минздраву России. Наиболее успешным учреждениям, которые соответствуют предъявляемым требованиям, будет предоставлена дальнейшая поддержка.

     По словам директора Департамента научного проектирования Андрея Васильева, основные критерии для оценки учреждений формирует Минобразования и науки. В то же время, Минздравом России был предложен ряд дополнительных критериев оценки с учетом специфики отрасли. В числе критериев эффективность клинической деятельности учреждения, успешность в подготовке кадрового потенциала, инновационное развитие и другие. Андрей Васильев сообщил, что оценку результативности деятельности пройдут 55 подведомственных Минздраву России учреждений науки. Итоги этой работы планируется подвести в марте с.г. На совещании также отмечалось, что Министерством образования и науки проведена независимая оценка медицинских ВУЗов, и все они были признаны эффективными. Министр отметила, что «на сегодняшний день в стране существует 14 признанных научных кластеров, при этом успешных примеров в медицинской науке пока не существует».

     Пилотными моделями служат два учреждения, образующие научно-образовательные биомедицинские кластеры. Это Федеральный медицинский исследовательский центр имени В.А. Алмазова и Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова. Евгений Шляхто, академик РАМН, профессор, директор Федерального медицинского исследовательского центра имени В.А. Алмазова и Андрей Камкин, профессор, ректор Российского национального исследовательского медицинского университета имени Н.И. Пирогова рассказали о том, как организована работа кластеров. В основу их деятельности положен принцип непрерывности образовательного процесса, единства научной и лечебной деятельности. Результатом такого подхода стало признание российских дипломов за рубежом. Вероника Скворцова сообщила, что в 2015 году будет проведен мониторинг работы биомедицинских кластеров, пройдут заседания в Москве и Санкт-Петербурге. Министр отметила необходимость тиражировать опыт кластеров на другие учреждения медицинской науки.

     На заседании был утвержден состав рабочих групп Научного совета Минздрава России, а также порядок оценки результатов научных исследований, полученных в ходе выполнения государственного задания на осуществление научных исследований и разработок. Член Научного совета, профессор Александр Пронин рассказал, что в рамках научных платформ сформированы рабочие группы из высоко квалифицированных специалистов в своей области, которые будут оценивать проекты. Участниками заседания было принято решение утвердить состав рабочих групп и одобрить положение о рабочих группах Научного совета.
http://www.rosminzdrav.ru/news/2014/02/ … ogo-soveta

Неактивен

 

#139 2014-02-17 10:18:46

Ivan
Member
Зарегистрирован: 2013-07-24
Сообщений: 124
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Anna написал:

На заседании был утвержден состав рабочих групп Научного совета Минздрава России, а также порядок оценки результатов научных исследований, полученных в ходе выполнения государственного задания на осуществление научных исследований и разработок. Член Научного совета, профессор Александр Пронин рассказал, что в рамках научных платформ сформированы рабочие группы из высоко квалифицированных специалистов в своей области, которые будут оценивать проекты. Участниками заседания было принято решение утвердить состав рабочих групп и одобрить положение о рабочих группах Научного совета.

И что будут делать рабочие группы - отвечать за свою работу или за работу министерства? Или напишут новый ФЗ, вместо 323? В общем опять разговор не о чем, также как и закон, который все принимает и не может принять  дума - закон о биомедицинских технологиях.
Иван Афанасьевич

Неактивен

 

#140 2014-02-17 15:23:22

дмитрий борисович
Member
Зарегистрирован: 2010-04-01
Сообщений: 1458
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Ivan написал:

И что будут делать рабочие группы - отвечать за свою работу или за работу министерства?

ждать когда министра заменят на что-нибудь дееспособное. пока один пиар, ну хоть на хоккее поболела, что вызывает симпатию к личности, но не к должностному лицу

Неактивен

 

#141 2014-02-19 08:26:22

Павел Андреевич
Moderator
Зарегистрирован: 2007-04-08
Сообщений: 4207
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Я думаю - они быстро сообразят, что могут давать (пилить) бабло с помощью такого совета. Вот это удачное решение по удушению неугодных

Неактивен

 

#142 2014-04-21 13:03:27

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Дело о крови и лимфе. "Диссернет" всерьез занялся врачами
Очень большие и важные новости опять в "Диссернете".

Может быть, боле важные даже, чем вся эта огромная эпопея с МГИМО, в итоге которой нас обвинили, разумеется, в заговоре, в намеренной дисткредитации вуза то ли по заказу конкурентов ("это же все делается в разгар приемочно-поступительной кампании"), то ли по причинам политической ненависти ("месть либеральной тусовочки за увольнение предателя-антипатриота Зубова"). Ну, в общем-то, ни на какую другую реакцию мы почти и не надеялись, хотя по нашим сведениям, среди преподавателей, аспирантов, выпускников и даже нынешних студентов разных факультетов МГИМО нашлось все-таки несколько человек, которые отважились поднять голос и потребовать наказания тех, кто сегодня собственной нечистоплотностью и продажностью уничтожает репутацию университета. Ну, посмотрим...

И уж определенно, что эти новости посерьезнее, чем трагикомическая история с диссертацией министра связи РФ Николая Никофорова, которая оказалась заигошена ленивыми и наглыми компиляторами: они ее составляли из кусков других работ, в которых глобальной заменой подставляли на место "медиков" и "больниц" - разнообразных "Госслужащих" и "госучреждения", на мест "программ" - "планы", на место "электронного правительства" - "электронные потоки госуслуг" и прочая, прочая, прочая. Смешно это все, в конечном итоге

А вот теперь кое-что и в самом деле трагическое, без всякого преувеличения.

На ленте экспертиз сайта dissernet.org, где ежедневно выкладываются два-три свежих результата проверок фальсифицированных диссертаций, - ПОЯВИЛИСЬ ВРАЧИ.

Настоящие врачи. Те самые, которые нас лечат. Которые управляют клиниками и больничными отделениями, в качестве администраторов и организаторов лечебного процесса. Которые предлагают другим врачам тактики и методы лечения, которые и описывают в своих научных работах, и за которые получают ученые степени. Это доктора, которые каждое утро надевают белые халаты или зеленые комбинезоны хирургов. Это люди, закончившие крупнейшие медицинские вузы и академии страны, и принесшие клятву Гиппократа.

Диссернет до сих пор осознанно избегал проверок медицинского направления. Наши эксперты несколько раз консультировались на этот счет с опытными врачами, людьми по-настоящему авторитетными в медицинской среде, и получали очень аргументированные разъяснения: диссертации на медицинские темы - вещь очень специфическая и подходить к ним с теми же критериями, как и к научным работам других направлений, - некорректно. Чаще всего медицинские диссертации представляют собой более или менее хитро оформленные результаты статистического анализа применения тех или иных методов лечения, оперативных приемов, препаратов, медикаментов на тот или иной объем пациентов.

Грубо говоря, стандартный план работы выглядит так. Берем триста, предположим, инфарктников, одной сотне из них даем препарат А, другой сотне - препарат B, а третьей - вообще таблетку-пустышку из толченого мела. Наблюдаем некоторое время. И сравниваем результаты. Пытаемся понять, как применение препаратов повлияло на продолжительность и качество жизни пациентов. Наконец выдаем на основе сравнения рекомендации. И это еще считается серьезным исследованием. Сплошь и рядом вся научная ценность наблюдния сводится к тому, что весь статистический анализ сводится к выяснению того поразительного факта, что те пациенты, которые ленились упражнения делать и таблетки принимать, чаще имели повторный инфаркт.

Понятно, что такие работы во многих своих элементах очень похожи друг на друга, а иногда просто совпадают. Медики часто ведут исследования и анализ большими группами, слегка варьируя направления и критерии оценки. Одни сравнивают препараты A и B, другие - B и С, третьи - А и С. Выбирают разные возрастные группы, классифицируют пациентов по типу комплекции, по разным социальным характеристикам. Изучают применение одних и тех же препаратов или катетеров в сочетании с разными типами физиотерапии, с разными физическими нагрузками, с особенностями образа жизни пациентов... Короче говоря, из одних и тех же трех сотен инфарктников, описав их почти теми же самыми словами, опершись на одну и ту же теорию, один и тот же накопленный предшественниками опыт и общий массив научной литературы, можно соорудить не один десяток диссертаций. Что, собственно, в медицинской научно-практической среде и стало абсолютно принятым, обыкновенным делом.

Один мой хороший знакомый, опытный и весьма известный в России врач-кардиолог, отозвался об этой особенности своей профессиональной среды так: "Может быть, в других сферах деятельности научная степень - это предмет престижа, что-то вроде дорогих часов. А в российской медицине сегодня эта вот кандидатская диссертация стала просто как штаны. Ведь без штанов на улицу не выйдешь, правда? Люди будут удивляться, пальцем показывать, и вообще засмеют. Ну вот в определенных медицинских сферах на определенном профессиональным уровне без диссертации "выходить из дому" точно так же стало неприлично... Это все чушь какая-то стыдная. Медицинская наука таким образом оказалась просто разрушена, завалена бессмысленным мусором. Но тем не менее это так. Уже много лет..."

Так что "Дисернет" сознательно избегал медицинских диссертаций.

И вот несколько недель назад среди участников сообщества появилась большая группа добровольцев-экспертов, работающих именно с медицинскими текстами. Имен их я здесь, конечно, не назову, но могу заверить, что все это опытные врачи, обладатели давно защищенных кандидатских и докторских степеней в разных отраслях медицинской науки. Это люди известные и авторитетные в сообществе коллег. Многие из них - активисты высоко ценимого профессионалами Общества Специалистов Доказательной Медицины (ОСДМ).

Группа экспертов-медиков взялась дополнительно перепроверить и проконтролировать ВСЕ ЭКСПЕРТИЗЫ "ДИССЕРНЕТА", так или иначе касающиеся врачебной тематики. Координатор этой группы, доктор медицинских наук, на днях писала коллегам по "Диссернету", комментируя очередную экспертизу, выкладываемую на ленту публикаций: "...мы будем пока придерживаться консервативной тактики при вынесении рекомендаций о публикации, в том числе - учитывать наличие совместных публикаций "риципиента" и "донора текста" (по спискам, приводимым в авторефератах). При этом считаю, что жулик - он везде жулик, и врач-жулик не менее опасен, чем другие жулики, а в медицине именно этические аспекты зачастую играют решающую роль в судьбе больного. Вряд ли кто-то из нас хотел бы у такого жулика лечиться. Про российскую медицинскую науку даже говорить неприятно - она ужасна и абсолютно неконкурентоспособна. Мы в Обществе специалистов доказательной медицины (osdm.org) занимаемся разными проблемами медицинских исследований и здравоохранения в целом, и плагиат - одна из важнейших, как мы полагаем..."

И дальше координатор группы экспертов-медиков "Диссернета" отмечает: "По доктору Царапкину - совместных публикаций с источником (Николин) у него нет"...

Доктор Царапкин, да.

Вот теперь давайте о нем. Это герой одной из всего ПЯТИ экспертиз медицинских диссертаций, прошедших дополнительный анализ "медицинской экспертной группы" и опубликованных "Диссернетом"на сей день. Вот они:
Доктор Самвел Апресян - врач-стоматолог, ассистент Московского государственного медико-стоматологического университета,
Доктор Евгений Баранов - хирург, Городская клиническая больница №70 (Москва), кафедра факультетской хирургии № 2 Лечебного факультета Московского государственного медико-стоматологического университета,
Доктор Дмитрий Валкин - врач-химиотерапевт, заведующий химиотерапевтическим отделением Городской клинической больницы №40 (Москва),
Доктор Александр Гольдберг - главный врач Городской клинической больницы №70 (Москва).
Доктор Наталья Клевцова - заместитель главного врача по терапии Центральная районной больницы (Балашиха),
Доктор Рустам Мутабаев - врач первой квалификационной категории, ЗАО «Лечебный Центр» (Москва),
Доктор Виктор Нахаев - Профессор кафедры медицины катастроф и безопасности жизнедеятельности Московского государственного медико-стоматологического университета,
Доктор Тимур Шмушкович - заведующий 5-м хирургическим отделением Городской клинической больницы №70 (Москва).

Ну и вот этот доктор Юрий Царапкин - врач-хирург первой категории, Городская онкологическая больница №62 (Москва).

То, что он сделал - или, может быть, сделали по его заказу какие-то другие люди, которых он на эту работу нанял, тут, собственно, разницы никакой нет, - ни чем, в сущности, не отличается от того, как фальсифицировал свою диссертацию министор связи Никифоров или, к примеру, ректор Якутского университета Михайлова или другие поклонники "игошинского метода", которых мы тут так часто упоминаем. Все тот же почерк, все тот же прием: нарезается чужой текст здоровенными кусками, а потом в нем при помощи простейших команд "поиск" и "замена" подставляются одни ключевые слова вместо других. Так что это не просто случайная неаккуратность - мало ли, человек забыл кавычки поставить, да на автора сослаться (правда, раз пятьдесят подряд, ну и что с того)... Это осознанное, намеренное жульничество.

Вот так и доктор Царапкин заигошил себе диссертацию: взял чужое исследование и ЗАМЕНИЛ В НЕМ "КРОВЬ" НА "ЛИМФУ", а также аккуратно подчистил все производные от этих слов ("кровотечение" заменил на "лимфорею" и т.п.). А все остальное оставил как было. Смотрите:


Можно, конечно, сказать, что ничего особенного тут нет: в конце концов, кровь и лимфа текут в организме где-то там поблизости друг от друга, и вообще как-то там эта лимфа с кровью связана и является ей каким-то там, типа, близким родственником. Но вот поглядите, как это выглядит в "науке". Две таблицы, целиком вытащенные из чужой работы, с ПОЛНОСТЬЮ СОВПАДАЮЩИМИ В НИХ ДАННЫМИ, но только переименованные: в оригинале речь идет о "гемостатической терапии", а в переигошенном варианте доктора Царапкина - о "лимфостатической терапии":


И так практически всю свою работу он и стащил из одного-единственного источника - защищенной двумя годами раньше диссертации доктора Олеси Николин (это не опечатка, так фамилия обворованной коллеги и звучит на самом деле).


Просто посмотрите на это. Это не какая-то теоретическая кровь и воображаемая лимфа. Это кровь и лимфа живых людей, которых, может быть, однажды кто-нибудь примется лечить по "методу доктора Царапкина", доверившись его рекомендациям и вооружившись его опытом. А там - ложь. Никакой лимфы в этом методе нет. Есть кровь. Но ее механически, глобальным риплейсом, заменили. Переигошили.

Я хочу, чтобы вы прислушались на минуту к тому, что я сейчас написал.

Ужасно смешно звучит, да?

Мне не смешно.
http://echo.msk.ru/blog/serguei_parkhom … 4504-echo/

Неактивен

 

#143 2015-07-29 10:43:15

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

1 млн рублей выплатят доказавшему способность к целительству
«1 000 000 рублей - любому, кто первым продемонстрирует паранормальные способности в условиях корректно поставленного эксперимента». С таким призывом обратились к магам и целителям учредители премии имени Гарри Гудини.
Организаторы премии - Александр Панчин, кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Института проблем передачи информации РАН и Михаил Гельфанд, доктор биологических наук, кандидат физико-математических наук, заместитель директора по науке Института проблем передачи информации РАН - объявили о старте акции и приеме заявок.

На сайте премии Михаил Лидин, скептик, известный в соцсетях борец с мракобесием, псевдонаукой и опасными заблуждениями обращается к потенциальным соискателям премии, где объясняет условия выбора победителя:

- Чтобы подать заявку, надо зайти на сайт, ознакомиться с требованиями и заполнить электронную форму. Особые требования — заявки принимаются на русском языке от претендентов не младше 18 лет. Еще одно требование — представление объявленных способностей: это могут быть публикации в печатных СМИ, выступления на телевидении, официальные рекомендации от ученого или академической организации. Недостаточно просто заявить, что вы обладаете паранормальными способностями, это еще придется доказать. Вас ждет испытание в контролируемых условиях. Условия в каждом случае определяются отдельно.

Как депутат PC Виталий Милонов хотел узаконить экстрасенсов и магов в медицине

Премию назвали именем Гарри Гудини — известного иллюзиониста, разоблачавшего магов и волшебников, ставшего символом критического подхода к тем, кто объявляет о своих сверхъестественных дарованиях. Она учреждена по образу и подобию премии фонда американского иллюзиониста Джеймса Рэнди. Его создатели обещают заплатить большую премию всякому, кто сможет продемонстрировать экстраординарные способности в ходе научного эксперимента. Немалые деньги тем, кто докажет свою паранормальность (способность к целительству, телекинезу и т. д.) обещают и в почти 20 других аналогах этого фонда в разных странах мира. Причем, если идея нашей премии Гудини и премии Рэнди — доказать, что экстраординарных способностей не существует, в других фондах просто ведется их поиск.

Например, организация Australian Skeptics Inc предлагает 100.000 австралийских долларов тому, кто в лабораторных условиях продемонстрирует свои способности.

Условия исследования: результат должен резко и явно отличаться от случайно возможного; результат должен выражаться в простом и четком «да» и «нет»; судить об успехе или неуспехе будет независимый рефери, избранный с согласия двух сторон.

Правда, за 25 лет существования фонда премию никто так и не получил.

Напомним, в России на уровне Государственной думы обсуждается, кого можно считать целителями — хиропрактиков, гирудотерапевтов или экстрасенсов и колдунов.

© Доктор Питер

Неактивен

 

#144 2016-07-22 15:39:45

Anna
Member
Зарегистрирован: 2008-03-18
Сообщений: 3460
Профиль

Re: Проблемы российской науки

Цена цитаты
Александр Трушин узнал, как устроен рынок научных публикаций в России

Вслед за рынком липовых диссертаций, поддельных дипломов и курсовых работ за последние 3 года возник еще один — рынок научных публикаций. А как иначе? С ученых требуют публикаций, значит, будет и предложение! Самое поразительное в том, что ситуация с фальш-публикациями устраивает всех — и псевдоученых, и их руководство, и тех, кто зарабатывает на публикационной активности. Как работает мировой рынок цитирования и что такое его российский аналог, выяснял "Огонек".

В редакцию "Огонька" пришло письмо. Компания "Международный издатель" предлагала опубликовать за деньги статью в научном журнале, индексируемом в базах данных Scopus и Web of Science. Объясним: эти базы фиксируют количество цитирований опубликованных научных статей по всему миру. На эти международные и очень авторитетные в научном мире базы ориентировалось высокое административное начальство, категорически требуя от сотрудников российских научных учреждений наращивания числа публикаций — именно этот параметр был увязан нашими бюрократическими инстанциями с получением допуска к бюджетному финансированию. Есть публикации — есть бюджет. А на нет и суда нет...

Помнится, когда эта увязка была обнародована, по научному сообществу пошел стон: многие не знали английского, да и писать статьи были не научены. Минобрнауки тогда обвинили в формализме и непонимании сути научных исследований. Но вот, как выяснилось, помощь пришла, откуда не ждали. Что-что, а способность выполнить любое требование начальства, даже самое дерзкое, у наших людей в крови.

За три месяца и под ключ
...Компания "Международный издатель" располагается в деловом центре "Москва-Сити" на 16-м этаже комплекса "Империя". Есть офисы в Казахстане и на Украине. Генеральный директор — Анатолий Ваганов.

В интернете выложены ролики, рассказывающие о том, как весело живет "Международный издатель" (иногда называется "Международной редакцией"), как сотрудники отмечают дни рождения или устраивают вечеринки в пижамах (pijama party).

На телефонный звонок ответил молодой голос, человек представился Сергеем, менеджером компании. Он рассказал:

— Наш принцип: мы работаем "под ключ". Вы присылаете нам материал, мы его обрабатываем, редактируем, рецензируем, переводим на английский, отправляем в международный научный журнал по теме материала, и через три месяца вы без хлопот получаете экземпляр с опубликованной статьей.

Договоренностей с журналами у "Международного издателя" нет. Есть большой штат рецензентов, около 50 человек: как говорит Сергей, "видные ученые во всех областях науки". Российских клиентов примерно полтысячи — это число авторов с соавторами. Полная стоимость подготовки материала к публикации 3 тысячи долларов.

Количество запросов в Сети "опубликовать статью в международном журнале" — около 54 тысяч в месяц. И наивно полагать, что "Международный издатель" — единственная компания, готовая скрасить жизнь ученым, мыкающимся в поисках цитирования. Есть и другие.

Андрей Радиев, директор компании "VakBezproblem", говорит, что у него есть "неофициальные договорные отношения с редакциями международных журналов". И добавляет: "Для вас никаких забот. Присылаете статью, оплачиваете, все остальное делаем сами. Через три месяца получаете авторский экземпляр журнала".

Денис, начальник отдела по работе с авторами компании Big Time Publ, в ответе на вопрос: "Какие гарантии публикации дает ваша компания?" — заверил: "Не волнуйтесь, мы тесно сотрудничаем с редакциями международных научных журналов. Конечно, может случиться, что статья не будет опубликована, тогда полностью вернем вам деньги по квитанции".


Директор издательского дома "Научное обозрение" ("НО") Марина Владимировна Васильева признается, что ее предприятие "не уполномочено редакциями каких-либо журналов подготавливать тексты к публикациям. Мы помогаем авторам писать статьи, ведем консультационную и организационную работу, это стоит 300-350 долларов". Любопытно, что на сайте "НО", в "шапке" обозначена также автономная некоммерческая организация "Содействие развитию современной отечественной науки". Известно, что автономные некоммерческие организации (АНО) по закону получают финансирование из госбюджета (федерального или муниципального) и могут получать доход в соответствии с заявленными целями. Но вряд ли такие цели были заявлены. Например, у "Научного обозрения" есть оригинальная услуга за отдельную плату: "работа со службой поддержки Scopus Support" за 10 тысяч рублей. Вообще-то Scopus статьи не публикует, а только ведет учет цитирования. О чем мы и спросили Марину Владимировну. Она начала путаться и задала встречный вопрос: "Так, вы чего хотите?" А на вопрос: "За что вы берете публикационную плату 1000 долларов?" не ответила и положила трубку.

Рынок по указу
Юрий Нетребин, старший научный сотрудник ФГБУ "Российский научно-исследовательский институт экономики, политики и права в научно-технической сфере", занимается изучением рынка публикаций. Он считает, что "этот рынок начал бурно развиваться после майского президентского указа (N 599), в котором была поставлена задача довести долю публикаций российских ученых в международных научных журналах до 2,44 процента. Ведомства, управляющие наукой и высшим образованием, спускали в вузы и научные учреждения указания по выполнению этого указа и сейчас ведут мониторинг публикаций".


Почему плагиат — это навсегда
И дело пошло! Институт статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ в июне этого года предал гласности "Основные показатели публикационной активности" российских ученых". В 2012 году — 31 340 публикаций, индексируемых в базе данных Web of Science (WoS), в 2013-м — 33 092, в 2014-м — 37 285 и в 2015 году — 40 206 публикаций. Поясним: научная ценность этих материалов сомнений не вызывает, все были опубликованы в серьезных журналах.

Чтобы поощрить научную и публикационную активность, говорит Юрий Нетребин, "во многих учреждениях ученых и преподавателей премируют за публикации в журналах, индексируемых в международных системах цитирования".

Например, восемь преподавателей МГИМО в 2013 году получали "компенсации" за публикацию научной статьи в 150 тысяч рублей каждый. Сейчас эта сумма возросла уже до 450 тысяч рублей. Можно предположить, что в других вузах, не таких престижных, как МГИМО, "компенсации" меньше. Но все же нельзя не проделать арифметический подсчет и заметить: выплаты (из вузовского бюджета, между прочим) покрывают затраты на организацию публикаций.

Рост количества публикаций — тенденция устойчивая, и это замечательно. Но мало говорит о масштабе потенциального рынка услуг в нише "научного цитирования". Между тем его можно оценить по данным, приведенным в упоминавшемся исследовании "Вышки": если общее число штатных преподавателей вузов 255 тысяч человек (в 2015 году), численность ученых — 732 тысячи, а занятых фундаментальными исследованиями среди них — 374 тысячи человек (данные Росстата), то понятно, что далеко не каждому удается попасть в WoS или Scopus. А публиковаться должны все. Вот вам и искомый объем рынка.

Ниша благодатная, и "поляну" уже активно обживают самые предприимчивые...

Scopus — наше все

По словам Нетребина, сейчас на публикационном рынке работают 9 крупных агентств: АНО ИД "Научное обозрение" ("НО"), издательство "Проблемы науки", Aspirans.com, издательство "Аналитика Родис", проект "Диссертации на заказ", компания Big Time Publ, научно-издательский центр "Коллоквиум", Prescopus, издательство Scopus RUS (последние два, как видим, беззастенчиво используют название международной базы данных, давая понять, что они с ней на дружеской ноге).

Расположены эти агентства в Москве, Иванове, Краснодаре и Йошкар-Оле. Кстати, ивановское издательство "Проблемы науки" является "дочкой" АНО "Институт национальной идеологии". Неужели проблемы нашей науки настолько серьезны, что без подключения тяжелой идеологической артиллерии их не решить?


По оценкам экспертов, в 2015 году клиентами (заключившими договоры) публикационных агентств было около 800 человек. Объем рынка оценивается в 320 млн рублей. "Но публикационные агентства,— утверждает Юрий Нетребин,— это не весь рынок. Есть отдельные посредники, которые оказывают ровно те же услуги, что и агентства".

По неполному анализу сайтов в "Яндексе", продвижением публикаций российских ученых в международные научные журналы заняты уже более 40 (!) компаний в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Новосибирске и других городах. Набор услуг у всех примерно одинаковый: редактирование статьи, рецензирование, перевод на английский, отправка в редакцию, "работа со службами поддержки" — теми самыми, которых, как мы выяснили, не существует. Цены в основном от 1000 до 3000 долларов (цены указаны при стоимости доллара 30 рублей, сейчас, надо полагать, цифры индексируются), в зависимости от авторитетности зарубежного издания. Нередко клиентам предлагают заманчивую услугу: за меньшие деньги поставить фамилию в качестве соавтора к... уже готовой статье.

По оценкам экспертов, в 2015 году клиентами (заключившими договоры) публикационных агентств были около 800 человек. Объем рынка оценивается в 320 млн рублей

"Это скрытая часть рынка, которая трудно поддается анализу,— подчеркивает Юрий Нетребин.— И она совпадает с давно существующим у нас рынком услуг по написанию диссертаций". Новый рынок публикаций, отпочковавшийся от "диссертационного", очень успешно развивается, отмечает эксперт.

Из Майкопа в Штутгарт
Казалось бы, ну и что тут такого? Обычная посредническая услуга. Но давайте посмотрим, где печатают опусы российских соискателей этой услуги за их же (или все-таки бюджетные?) деньги.

Да, есть ученые, которые публикуются в авторитетных международных изданиях. Повторим: их 40 тысяч из 987 тысяч научных работников и преподавателей. А есть журналы, в которых публикуются исключительно российские авторы, но на английском языке.

Например, Economics, Technology and Decision Science: Theory and Practice. Этот журнал нигде не индексируется (речь, напомним, о международных базах данных), ISSN (хоть и выдается каждому изданию) не указан.

Еще журнал — Russian Journal of Advanced Studies ("Российский журнал перспективных исследований"), издается в Лондоне, ISSN издания на сайте не указан, статьи сентябрьского выпуска 2014 года представлены только в электронной версии без выходных данных, статьи нигде не индексируются, адрес редакции отсутствует.

Далее журнал The USA Journal of Applied Sciences: зарегистрирован в США, учредитель журнала — CIBUNET Publishing (Нью-Йорк, США) и ORT Publishing (Штутгарт, Германия). Партнер в России и странах СНГ — АНО "Центр социально-политических исследований "Премьер"". У этого АНО есть и другое издание — European Applied Sciences. Нюанс: ни первого, ни второго журнала нет ни в WoS, ни в SCOPUS.

Еще один: Modern European Researches. Редколлегия — кандидаты и доктора наук из России, Армении, Украины, Чехии. Авторы — только российские. ISSN есть. Редакция находится в Австрии (Seeburgstrasse, 8, 5201 Seekirchen am Wallersee, Salzburg). Но по этому адресу, выясняется, расположен частный университет Schloss Seeburg. Состав преподавателей на сайте университета отсутствует.

Но что эти "мелочи" по сравнению с позитивными эмоциями, которые эти конторы доставляют клиентам?! Счастливы авторы статей из Омска, Самары, Москвы, Красноярска, Владивостока. Они успешно отчитались перед начальством по плану публикаций, а восторженные отзывы украшают сайты посредников, как игрушки рождественскую елку. Вот, например, преподаватели Адыгейского госуниверситета благодарят за публикацию 32 статей. Елецкий госуниверситет — за 18 статей. Южный федеральный университет — за публикацию 25 статей. А вот ООО "Павлин Технологии" благодарит за публикацию целой серии статей (между прочим, этот "Павлин" занимается разработкой систем управления для беспилотных летательных аппаратов).

Возможно, разработки "Павлина" действительно имеют научную ценность, оценивать это должны специалисты. Но скептики помечают: с 2000 года выпуск БПЛА в России составил 67 штук (данные "Википедии"). Самой крупной партией (20 штук) был выпущен в 2012 году разведчик "Рубеж-20". Другие 6 предприятий выпускали по 3-10 беспилотников. А главные проблемы отечественных БПЛА, как говорят специалисты, именно в системах управления — ждем прорыва от ООО "Павлин Технологии" после серии успешно размещенных статей?..

Что же касается посредников и предлагаемых ими услуг, то, по мнению экспертов, все это освоение средств не выходит за рамки правового поля. Позвольте, скажете вы, как это может быть: берут деньги за услугу и обманывают покупателя? Но покупатель сам обманываться рад — ответят вам знатоки рынка и уголовного кодекса.

Грустно видеть, какие усилия и деньги вкладываются в очередное создание видимости и отчетности. Еще печальнее знать, что за настоящие научные статьи серьезные издания, индексируемые в WoS и SCOPUS, денег с авторов за публикацию не берут. Эксперты поясняют: издания рангом пониже (но, конечно, не "лавочки" в Лондоне или Зальцбурге) могут брать небольшую плату за рецензирование, но не более 100 долларов. У таких журналов есть собственные рецензенты, и мнение рецензентов российских их не интересует.

И еще. Ученый или преподаватель вуза вполне может сам вести переписку с редакцией: требования к статьям многократно повторены в русском интернете — там нет ничего, что было бы непонятно обычному человеку. Ну, например, объясняется, что сначала должна быть аннотация, а потом вступление. Разумеется, не все могут "писать науку" на английском, но чтобы решить эту проблему, достаточно одного лишь толкового переводчика. А прежде всего этого должно быть главное: научное исследование, о котором не стыдно поведать миру. Проблема-то, похоже, с этим. А английский — это так, бантик...



прямая речь
"Развитие науки подобно взрыву"
О том, какова наша доля в мировой науке, в каких направлениях мы сильны, "Огоньку" рассказал Олег Уткин, директор департамента научных исследований и интеллектуальной собственности Московского филиала АО "Томсон Рейтер (Маркетс) СА" Российская Федерация.


— Одно из требований майских указов — увеличить до 2,44 процента к 2015 году долю публикаций российских исследователей в мировых научных журналах. Задача выполнена?

— Почти. По итогам 2015 года эта доля составила 2,24 процента. Но я хочу отметить, что майский указ — это вектор российской науки. Мы часто общаемся с коллегами из Минобрнауки России. Они считают это важным ориентиром для развития: публикаций должно быть больше, чем сейчас. Но надо также учитывать динамику. В 1996 году доля публикаций из России составляла 4 процента. Казалось бы, снижение в два раза. Но это не совсем так. Наши ученые публикуют в год 34-35 тысяч статей, и эта цифра держится постоянно и даже с заметным ростом. Однако научный мир развивается очень энергично, и мы за этими темпами не успеваем.

— Что значит "очень энергично"? Есть какие-то цифры, характеризующие развитие науки в мире?

— Наша компания провела исследование, если можно так выразиться, "скорости развития" науки. Оно приобретает взрывной характер. Каждые три года в мире публикуется столько научной информации, сколько было создано от начала времен существования человека до 2003 года включительно. Научная информация становится постоянно растущим ресурсом, и людям все труднее в этом потоке ориентироваться.

— Какие направления сегодня развиваются быстрее всего?

— Прежде всего это науки о жизни и медицина. И в этих же областях сегодня работает большее число ученых. При этом значительно возрастает скорость обращения научной информации. Мы в России привыкли к тому, что научный журнал выходит раз в месяц или в квартал и лежит долго в открытом доступе. Но ситуация в мире уже давно изменилась: для современных ученых важен немедленный эффект от публикации, через месяц она уже теряет актуальность. Один из наиболее авторитетных в мире медицинских журналов, американский New England Journal of Medicine, например, выходит еженедельно. Есть журналы, в которых публикуются статьи, оплаченные Национальным институтом здоровья США (NIH). Это делается для ускорения публикации: институт выкупает у издателей права на распространение статей. Словом, сейчас появляется все больше и больше нестандартных способов распространения научной информации.

— В том числе через интернет?

— Разумеется. Наша компания создала платформу Web of Science, которая популярна во всем мире, в том числе и в России. Это компас, который позволяет ориентироваться в море научной информации. Современные исследования показывают, что ученый прочитывает в среднем 200 статей в год, то есть примерно по одной статье в рабочий день. Сколько времени ушло бы на поиски нужной статьи, если бы не было такого навигатора, как Web of Science?

— Ваша платформа охватывает все научные журналы мира?

— Нет, их слишком много. Мы пользуемся законом Брэдфорда. Если этот закон упростить, получается формула 80:20, то есть 80 процентов полезной научной информации содержатся в 20 процентах изданий. Потому что остальные журналы либо не читают, либо качество информации в них слишком низкое. Отсюда — избирательный принцип платформы Web of Science: мы не выбираем отдельные статьи из журналов, но индексируем весь журнал от корки до корки. При этом следим, чтобы качество публикаций не снижалось. Для нас важно, чтобы журнал не становился "хищником", который берет деньги за публикации статей и печатает их без рецензирования. К сожалению, это сейчас наблюдается и в Европе, и в России, и в Казахстане, и в других регионах.

Всего у нас индексированы около 20 тысяч признанных во всем мире научных журналов. Сеть также фиксирует цитирование и ссылки на опубликованные статьи — на основе этих данных формируется рейтинг самых влиятельных ученых мира. Мы выбираем наиболее авторитетные издания, имеющие наивысший импакт-фактор — численный показатель важности журнала, введенный в научный оборот Институтом научной информации (Institute for Scientific Information, сейчас — подразделение Thomson Reuters) на основе данных о цитировании. Например, сегодня самый высокий импакт-фактор у журнала CA: A Cancer Journal for Clinicians — 144,8 балла. Эта цифра означает, по сути дела, среднее ожидаемое количество цитирований на одну опубликованную в журнале статью.

— Работают наши российские ученые в прорывных направлениях науки, которые вы называли?

— К сожалению, таких публикаций мало. Традиционно мы заметны в химии, физике, биологии. Совершенно не представлены в общественных науках — это понятно, потому что научная парадигма у нас сменилась только 25 лет назад. Очень мало российских публикаций в области медицины, прикладной биофармакологии — того, что называют "науками о жизни". На Западе в это направление инвестируются огромные средства. Возможно, это связано с желанием "золотого миллиарда" продлить средний срок жизни человека. И есть заметный результат: несколько десятилетий назад исследование генома человека стоило десятки тысяч долларов, сейчас это делают на секвенаторе за несколько сотен долларов — сумма, доступная многим людям на Западе. А отсюда один шаг до так называемой персонализированной медицины — к изготовлению лекарств для конкретного человека с учетом его генома, а не вообще для всех. Это один из глобальных трендов науки.

— Но в России сегодня почти 3 тысяч научных изданий и число публикаций в год больше, чем вы называли...

— Да, действительно, большинство российских ученых публикуются в журналах, издаваемых или РАН, или другими российскими организациями. Между тем в Китае, например, сейчас тенденция противоположная: их журналов в Web of Science примерно столько же, сколько и российских, но число публикаций в 10 раз больше — около 340 тысяч в год. Это значит, что китайцы больше ориентированы не на "внутреннее потребление", а на мировой рынок. Значит, китайские ученые разделяют утвердившуюся в мире парадигму: рост количества цитирований — это признак развития науки.

— Но разве наша РАН эту парадигму не разделяет?

— Не совсем. Российские научные менеджеры, например, предлагают другой подсчет: количество публикаций на доллар финансирования. Такой подсчет дает другой результат: получается, что у нас самая передовая научная система в мире. При финансировании всей РАН меньше, чем бюджет одного Гарвардского университета, академия дает около 15-18 тысяч статей в год, что намного больше, чем Гарвард, то есть примерно половина российских научных публикаций — из академических институтов. Впрочем, и здесь есть подвижки: тенденция роста университетской науки в России становится все заметнее. Могу назвать Академический университет Алферова в Санкт-Петербурге, университеты в Пущино, Дубне, Уральский федеральный университет, университет в Новосибирске — это вузы, прямо связанные с научными центрами и институтами.

— Ученому обязательно нужно публиковаться, получать от коллег "лайки"?

— Если ученый пишет "в стол", не заботится о распространении полученных им знаний — это не наука, а хобби. У нас есть устойчивая точка зрения, что такие Кулибины имеются в военно-промышленном комплексе: самолеты и ракеты летают, танки стреляют, и все это сделано на основании каких-то секретных фундаментальных научных разработок. Не уверен, что это действительно так. Законы физики одинаковы для всех, независимо от отраслей промышленности. Почему тогда эти открытия не становятся достоянием общественности? Ведь разработка фундаментальных научных принципов прямо не связана с военными технологиями. Как, например, открытие радиоактивности Беккерелем, Марией и Пьером Кюри — это фундаментальная работа. И понадобилось несколько десятилетий для того, чтобы изготовить на этой основе атомную бомбу. И еще 10 лет — до создания первой атомной электростанции. Если научная разработка не связана прямо с технологиями, ученые вполне могут ею поделиться со всем миром. Скорее в этом видится некое оправдание не самых лучших мест российских ученых в рейтинге влиятельности.

— А каких именно?

— Сначала я должен рассказать, как рассчитывается рейтинг самых влиятельных ученых мира. На Web of Science отслеживаются статьи по 21 направлению науки — от самого актуального сегодня "Клиническая медицина" до "Экономика & Бизнес", в котором меньше всего цитирований. Из этого количества цитирований отбирается один "верхний процент", то есть публикации с наибольшим количеством цитирований в каждом научном направлении. Авторов таких публикаций и принято считать самыми влиятельными учеными. Всего их в рейтинге около 3600 человек, они расположены в каждом научном направлении по алфавиту. Второй год подряд рейтинг возглавляет Стейси Б. Гейбриэл, сотрудница MIT и Гарвардского университета. В этом году цитировались ее 25 "горячих" работ в области геномики. Российских ученых в этом рейтинге представляют физик Сергей Морозов из Института проблем технологии микроэлектроники и особо чистых материалов РАН (г. Черноголовка) и Симеон Дянков, болгарский экономист, в 2015 году работавший ректором Российской экономической школы.

— Два из 3600?

— Это говорит не о том, что у нас плохая наука. А о том, что публикации наших ученых за 2015 год не попали в заветный 1 процент наиболее цитируемых. Знаете, даже Альберта Эйнштейна не слишком много цитировали, потому что он работал в очень своеобразной области науки, где вообще ученых мало. Надо понимать: рейтинг — это очень высокая мировая шкала, но она скорее пригодна для репортажей и ни в коем случае для принятия решений о финансировании науки: а, вот ты не попал в этот рейтинг, мы тебе сейчас срежем зарплату. Вообще, все рейтинги — вещь условная, поскольку можно оспорить любую методологию, какой бы она ни была. Важны не абсолютные цифры, а относительные и плюс динамика. Например, если мы видим, что Россия относительно других стран находится где-то между Мексикой, Румынией, Таиландом и Угандой, значит, есть нечто, соотносящее нас с этими странами. При том что у нас научный потенциал, безусловно, выше. Но, очевидно, есть и какие-то проблемы, которые ставят нас в этот ряд.

— Какие же это могут быть проблемы?

— Начнем с того, что у нас организация научной работы очень отличается от того, как это делается в других странах. В нашей системе есть плюсы и минусы. Например, такой Академии наук, как у нас, мало где найдется в Европе и Северной Америке. Наша академия признана на всех уровнях в разных странах мира. И это по заслугам: ее знают как генератора и фундаментальных идей, и прикладных исследований, и инноваций. При том что на Западе наука в основном делается в университетах, никто не отрицает роль Российской академии наук как важного фактора научного развития.

Проблемы начинаются, когда мы переходим от научных вопросов к управлению и финансированию. Это уже притча во языцех. Люди, принимающие решения о финансировании, говорят ученым: "Покажите нам прорывные результаты, где они? Почему мы должны удовлетворять ваше любопытство за казенный счет? И почему мы должны финансировать исследования, которые длятся 30 лет? А может, они уже потеряли свою актуальность?".

И вот здесь возникает дискуссия, проявляются разные позиции, в том числе и конфликтные. Понятно, что ученые выступают за расширение финансирования. А нынешняя экономика страны диктует свои требования по выживанию. Вроде бы отдача от научных исследований есть, но она по времени разнесена с инвестициями.

А что касается динамики наших позиций в мировом научном рейтинге... Мы начали разговор с майского указа президента России. Повторю, что там речь идет о количестве публикаций. Это признание того, что публикаций наших ученых мало. Признание проблемы — один из важнейших принципов управления, первый шаг в решении задачи.

— Существуют ли различия в качестве цитирования, насколько важно, кто и как цитирует?

— Вообще, качество цитирования — это миф. Можно лишь косвенно судить о том, кто ссылается на опубликованную работу. Если аспиранты цитируют своего профессора — это одно дело. А если ссылается ученый из престижного иностранного университета, да если еще и нобелевский лауреат,— это другое. Но такие нюансы наукометрия еще только учится отслеживать. Мы этой темой интересуемся, ею занимаются в лабораториях наукометрии в Уральском федеральном университете и в НИУ ВШЭ.

— Каков сегодня язык науки?

— О, это одна из моих любимых тем. Во-первых, должен сказать, что Web of Science сейчас существует на русском языке — это касается интерфейса и справочного инструментария. Он стал седьмым языком в Сети. Стал ли русский языком мировой науки? Отчасти да. Потому что одновременно на платформе появилась полка российских научных журналов. И появился новый индекс научного цитирования российских журналов. Он охватывает журналы на русском языке за последние 10 лет, отобранные экспертным сообществом. Отбор проходил в два этапа. На первом этапе делался наукометрический расчет по цитированию журналов, а на втором этот расчет корректировался экспертами. К этой работе были подключены лучшие умы страны, рабочую группу возглавлял вице-президент РАН академик Анатолий Иванович Григорьев.

Прошу не путать этот индекс с Российским индексом научного цитирования, РИНЦ охватывает все 5 тысяч журналов, издающихся в России. К сожалению, не все из них — журналы высочайшего качества. Мы отобрали 650 лучших, и они действительно признаны мировым ученым сообществом, их можно использовать при написании научных статей или при подготовке диссертаций, то есть они могут заменить существовавший ранее список ВАК.

Надо сказать, ученый может публиковаться на любом языке. Когда-то писали на греческом, потом на латыни, в начале XX века — на немецком. После Второй мировой войны общепринятым стал английский. У нас некоторые политики критикуют "англосаксонское доминирование" в науке. Но английский обеспечивает сегодня доступность статей для широкого круга читателей. Это как цены на нефть: можно пытаться продавать за рубли или юани, но пока они держатся в долларах.

— Есть ли в науке "направления-сиротки", которые сейчас не заметны, но могут выстрелить в будущем?

— Это вопрос на сто миллионов. Если можно было бы достоверно предсказывать развитие науки... Мы крепки задним умом и знаем точно только то, что было в прошлом. Однако есть методы, которые дают возможность оценивать наиболее актуальные направления в ближайшем будущем. Например, патенты. Они ближе к прорывным направлениям, чем научные статьи. Потому что патент воплощает практический результат исследования, некий материализованный продукт, который можно продать. Научную статью продать нельзя, можно продать подписку на журнал. Так вот, сейчас есть базы данных, которые позволяют соотносить интенсивность публикаций в научной литературе и интенсивность подачи патентных заявок в той же области. Здесь появляются интересные результаты. Например, в последние годы стало снижаться количество научных публикаций и патентов по солнечной энергетике. Пока трудно сказать, с чем это связано. Возможно, наука достигла какого-то порога, за который не может перешагнуть, чтобы повысить производительность солнечных батарей. Или научная мысль пока не выработала нового принципа преобразования солнечного света в электричество. А может быть, этот новый принцип вскоре появится.

Почему в одной области появляется вдруг множество прорывных научных публикаций и защищенных патентов, своеобразные горные вершины, снежные пики, а в других областях все ровно,— этого объяснить пока никто не может. Если публикаций мало, то почему? Может, нет научного потенциала какого-то направления или мы его еще не распознали? Будущее прогнозировать сложно. Но есть подходы, есть методы, которые позволят вскоре приоткрыть эту завесу тайны.

цифры
Вы пишите, вам зачтется
Российские ученые стали больше публиковаться в международных журналах. Но пока мы отстаем от темпов общемирового роста научных публикаций.

40 206 статей опубликовали в 2015 году российские ученые в международных научных журналах, индексируемых Web of Science (WoS)

С 3% в 2001 году до 2,38% в 2015 году снизилась доля наших ученых в общемировом объеме научных публикаций, индексируемых WoS

В 1,7 раза вырос за последние 15 лет общий объем публикаций, индексируемых WoS

В 7,2 раза увеличили количество публикаций за последние 15 лет китайские ученые

25,12% — доля публикаций американских ученых в 2015 году в общемировом объеме публикаций

320 млн рублей составляет объем российского рынка услуг по продвижению публикаций

1000-3000 долларов стоит подготовка статьи к публикации в зарубежном журнале

Источники: Бюллетень "Наука. Технологии. Инновации" Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, соб. инф.
Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/3035895?ut … aign=vybor
Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/3035895?ut … aign=vybor

Неактивен

 

Board footer

[ Generated in 0.060 seconds, 6 queries executed ]