Межрегиональная общественная организация
"Общество фармакоэкономических исследований"

Choose language:     Russian   English 

Подпишитесь на новости:

МОООФИ является российским отделением Международного общества фармакоэкономических исследований (ISPOR)

МОООФИ является российским отделением Международного общества фармакоэкономических исследований (ISPOR)

Система оценки стандартизации медицинских технологий ФМБА России
Система оценки стандартизации медицинских технологий ФМБА России

clinicpharm

Магистратура «Управление
и экономика здравоохранения»

Российская медицинская ассоциация Пироговское движение врачей России

Кокрейновская библиотека
Кокрейновская библиотека

Дневник автопробега Москва-Сахалин 2008
05-07.08 Красноярск – Енисейск – Красноярск


Дорога по Хакассии – просто отличная, хотя постепенно к Красноярску пошли длинные тягуны в гору. Но машин мало, поэтому сильно скорость не сбавляли. Около Дивногорска – это город у Красноярской ГЭС пошел серпантин, по нему спустились к платине и пересекли Енисей. Тут он уже пошире, хотя впечатления громадной реки все равно не производит. Впрочем, как и в самом Красноярске. Город протянут вдоль реки, через Енисей всего 2 автомобильных моста, хотя город растет по обе стороны реки. На Коммунальном мосту огромная пробка, она тянется по всему левобережью на многие километры: всем надо на мост. На левом берегу свое счастье – три улицы и поперек города – железная дорога, через которую – один мост. Центральная улица – Мира и я помню, как тогда еще только профессор Иосиф Гительзон шутил: «пойти по Миру». Вторая его шутка (а это – шестидесятые годы) связана с дорожным строительством. Была остановка «Проспект свободы», но троллейбус перенесли и остановка стала «Тюрьма». Если кто-то спрашивал водителя: «Мне нужна свобода», тот отвечал – «Вам нужна тюрьма». Незамысловатые шутки шестидесятников.

В Красноярске огромное число старинных деревянных домов в разной степени сохранности. Дома большие, резные и, как правило, очень красивые. Но и здесь их тоже жгут. Есть и каменные дома 19-го века, тоже купеческие. Много всякого новодела, вообще какой-либо градостроительной концепции не просматривается. Интересны новые блочные здания с балконами, ограждение которых абсолютно прозрачно. Красив железнодорожный вокзал.

Первое совещание проводилось с академиком И.И.Гительзоном, бывшим директором института Биофизики СО РАН. Он много путешествовал по океанам на «Витязе», но занимался и гематологическими проблемами. Гематологический центр РАМН недавно организовал тут (формально) свой филиал на базе небольшой академической больницы. Сейчас начался период, когда надо что-то сделать реальное, а это совсем не просто. Мое мнение, совпавшее с мнением Гительзона, что необходимо на первых порах создать лабораторию приличную, которая будет делать как рутинную работу, так и элитные специфические гематологические исследования. И уже далее работать над койками. Причем лаборатория должна быть встроена в процессы оказания помощи в Красноярском крае, работать не только и не столько «на себя», сколько на край, обеспечивая себе денежные потоки. Свое мнение я доложил Андрею Ивановичу, решение – за ним.

Еще одна всплывшая тема – антинаука. Иосиф Исаевич является членом комиссии РАН по лженауке, но они, по его словам, толкут воду в ступе в собственном кругу. Самое интересное, что сейчас лженаука сконцентрировалась на медицине – не на селекции и генетике, а именно на медицине. Тут не только одиозные «торсионные поля», которые у большинства вызывают смех – тут и лазеротерапия, компьютерная диагностика «всего организма». С возмущением показывал он мне рекламку из Москвы по этому поводы: и ведь никто с этим не борется. Действительно, никто из «великих» не опускается до выяснения отношений с этой «чернью», а они тем временем «отсасывают» деньги от здравоохранения (и – не малые) и уводят из медицины пациентов. На фоне продолжающегося и углубляющегося кризиса системы в целом. В Каргаске краем глаза бросил взгляд на витрины аптеки в больнице – одни БАДы, лекарств нет. Это результат нашего молчания. «Промолчи – попадешь в палачи», говаривал Александр Галич.

Второе совещание в Краевой больнице. Собралось человек 50, были из других больниц, главный терапевт города, представители краевого Минздрава. Слушали, задавли вопросы. Тут другие мнения, чем в Томске, давно используют кемеровскую модель, делают стандарты, работают с формуляром, проводят в больнице АВС и VEN анализы. Правда, я не понял, что относят к препаратам группы N, так как проводится исключительно экспертный вид этого анализа, а формальный – сравнение с Перечнем жизненно необходимых лекарств – нет. Естественно возникает вопрос о субъективизме этой оценки. Но как бы то ни было, препараты группы N составляют около процента затрат по больнице. Над этим трудится целое отделение клинических фармакологов!

Интересна методика расчета по дневной дозе, которую используют часто на западе, особенно в Скандинавии. Мало сказать, что на лекарства тратиться столько-то денег, нужно понять, на что и как они тратятся. Эта методика, хотя она тоже ориентировочная, позволяет это понять. В какой-то мере она заменяет частотный анализ, который не выполняется по причине отсутствия в больнице электронной истории болезни. Но это – изыски, а работа проведена огромная. Жаль, что про нее почти ничего не слышно, здесь нет филиала нашей организации, мы не видим публикаций и выступлений. Скромность это ложная, что ли?

Еще одна тема – стоимость стандартов, точнее ее лекарственной части. По проведенным тут расчетам она превышает реальную, местную, обусловленную тарифами местами в 10 раз. Где-то в 5-6 раз. Различия – чудовищны. Простая проверка показала, что расчеты выполнены по стандартам высокотехнологичной и дорогостоящей помощи. Все читают сами матрицы – а это общая ошибка – а не текст приказа, в котором ясно написано – стандарты для федеральных клиник. Но, как выяснилось, народ со стандартами наперевес бьется за увеличение тарифов. Пусть их. Расчеты по стандартам для специализированной помощи не столь значительно различаются по суммам на лекарства.

Вопросы на совещании задавались обычные, самый главный – как это сделать стандарты «не ниже федеральных». Опять встал разговор о необходимости регламентации деятельности по стандартизации – создание органа по стандартизации, включения в его сосотав представителей страховых компаний и пациентов, упорядочивание и прозрачность процедур, консенсус. Был вопрос и про слоган пробега, явно он цепляет. Роздал газеты, анкеты, немного книг, совещание прошло в теплой дружественной атмосфере.

А в это время остальные члены команды ездили на знаменитые Столбы. Это такие скалы, стоящие вертикально, на которые молодые будущие академики из Академгородка любили лазать. Упираясь ногами в одну скалу, а спиной – в другую. Или в распор ногами и руками. Я там никогда не был, оценка была различной – от «ничего особенного», до «здорово». Там встретили команду Артемия Лебедева, которые едут с нами параллельным маршрутом, но во Владивосток. У них 6 машин. Едут они неторопливо, останавливаясь в городах по дороге. Одну машину они потеряли в Тюмени, там, правда, удалось ее отремонтировать, но экипаж вернулся в Москву. Выехали они 24 июля днем, а мы в ночь с 24 на 25. Но на затмение они приехали из Омска, а мы – вернулись из Томска. Пока мы осваивали горы и степи Хакассии Артемий Лебедев со командой ехали до Красноярска.

Появилась шальная мысль – не присоединится ли нам к ним на перегоне Чита-Благовещенск и не пройти ли весь маршрут до конца? Думаем, думаем… Надо ведь и машину забрать из Тюмени, и Салавату Шейховичу в Хабаровск дали уже отбой. Но мысли жить спокойно не дают…

Мы вдоль Енисея проезжаем в целом около 800 км – с юга от Саяно-Шушенской ГЭС, через Минусинск, Абакан, Дивногорск, Красноярск на север до Енисейска. Прилично.

Доехали до стрелки – это чуть меньше 300 км от Красноярска по очень приличной дороге. Асфальт до Енисейска, причем хороший, хотя и не новый. Даже объезды вокруг деревень есть. Но гайцев много, по всей трассе, секут скорость выше 90 км и пересечение сплошной. Дважды уходили мы. Но красноярцы, сволочи, не мигают. Везде предупреждают – а тут – нет. Хотя возле каждого гайца стоит остановленный человек.

На стрелку можно переехать на пароме, он ходит каждый час до позднего времени. Берет довольно много машин и один трейлер, который ставиться поперек: съезд и заезд идет не вдоль парома, а поперек. Никакого пирса нет, выезд идет на прибрежную гальку. Залезают на паром такие малышки, с таким клиренсом, что диву даешься.

Стрелка – большой поселок на стрелке Енисея и Ангары. Водная гладь – километров по 10 в три стороны. Представляю, как это выглядит с воды, если даже с берега это производит сумасшедшее впечатление. Был порыв, но я его загасил, искупаться. Можно, но против этого течения – не выгрести, и где выйдешь на берег – не ясно. Поэтому мы прошли босиком по воде из Ангары в Енисей, дно каменное и камни почему-то острые. Но обряд совершили.

В центре поселка – странный памятник Ленину, он там какого-то среднего возраста, довольно молод, сидит в странной позе, откинув назад левую руку и смотрит налево. Раньше рядом с ним сидел Сталин, изображалась их дружба в ссылке (хотя между ними было под тысячу километров водного пути). Потом Сталина отрубили вместе с частью скамьи, а Ильич замер в странной и необъяснимой позе.

Далее на пути – Енисейск. По дороге проехали Лесосибирск – огромный, километров на 10 порт, где идет перегрузка леса на железную дорогу, и выгрузка грузов на баржи, которые тянут груз по Енисею вниз, а по Ангаре – вверх. Здесь и огромные плоты леса. В устье Ангары натянута запонь, ловит отбившиеся от плотов бревна и тут их грузят на баржи. Видимо неплохой бизнес, ничего не надо рубить, все само приплывает. При нас процесс погрузки шел непрерывно. Еще в Лесосибирске произвел впечатление рейд – десятки барж стоят посреди реки.

Енисейск бывшая столица, разделившая судьбу Тобольска. Город развивался волнами, случались «события», приходили новые люди и город расцветал. Потом – вновь угасал. Такими волнами были приход сюда казаков, основавших город и отсюда двинувшихся в восточную Сибирь вплоть до Хабаровска, обнаружении золота в местных лесах, ссылка декабристов, поляков, потом – ссылка царская, ленинско-сталинская, и сталинская. По краеведческому музею нас водила симпатичная женщина – Елена Николаевна, показывала добытый основателем музея в конце 19-го - начале 20-го века материалы по жизни кетов и тунгусов. А потом, на мой взгляд – провал. Стенд про декабристов, потом вдруг стенд про войну, которой тут не было. И ни звука про ссылку. В Енисейске не было лагерей, по утверждению Елены Николаевны, лишь отделение Норильсклага, связанное с древесиной. Так ли это – не знаю, но информации ноль. Хотя она есть в недрах музея, никто ею не интересуется. Лучше рассмотреть муляж блиндажа и немецкую карту – так оно спокойнее. Тем не менее некоторые истории она рассказала, в частности – про Епископа Луку – Войно-Ясенецкого. Известнейший хирург и высокий иерарх церкви был гоним Сталиным сначала куда-то в Среднюю Азию (пишу по памяти, уточнить негде), потом за «нарушения» - в Сибирь. Его чуть не расстреляли, но спасли пациенты-энкэвэдэшники. Сначал он был в Енисейске, но посмел отслужить литургию в закрытой церкви, его отправили в Туруханск, оттуда – снова в Енисейск, потом повыше и поближе к Красноярску. Во время войны он был награжден Сталинской премией и его портрет в облачении священнослужителя был опубликован на первой странице газеты Правды. Небывалое событие, Сталин заигрывал с церковью в тот момент.

Дорога шла сначала через Енисейск и город процветал, потом отступила южнее и город загас. Только ссылка подпитывала город, но в нем нечего было делать и сегодня он представляет довольно жалкое зрелище -2 монастыря, мужской и женский, огромное число красивых каменных и деревянных зданий. Но все это в запустении. Жаль. Может быть удастся чем-то помочь, они не могут опубликовать даже статьи об истории города, нет ни одной книги. Народ интересуется, перед нами заплывали омичи на яхте «Сибирь», которые дрейфуют вниз по Енисею. Но мало интереса, нет интереса и государственного.